ПУТЁВКА
ДЕТЯМ
РОДИТЕЛЯМ

30 лет легендарному мотопробегу «Океан» – «Орлёнок»

В эти дни орлята отмечают замечательный юбилей – 60-летие ВДЦ «Орлёнок». Праздник друзей напомнил нам о невероятно дерзком по своей смелости поступке, который ровно 30 лет назад в 1990 году совершил один незаурядный океанский вожатый. Что же такого он сделал?..

Он сел на мокик и отправился от Японского моря к черноморскому побережью, чтобы поздравить ВПЛ ЦК «Орлёнок» с 30-летием.

Проехав за 47 дней через всю страну, накрутив почти 13 000 километров, он прибыл в «Орлёнок» точно к празднику и поздравил орлят от имени океанцев. Уже через несколько дней в команде с вожатыми-орлятами он совершил восхождение на высочайшую вершину Европы – Эльбрус.

Знакомьтесь, этот легендарный человек – Геннадий Белуга, уникальный вожатый, совершивший это невероятное путешествие.

Работая на нефтеперерабатывающем заводе в Омске, Гена по вечерам вёл работу в подшефных классах. С ребятами-заводчанами создал педагогический отряд «Данко» для работы в детских домах города и области. Работал старшим пионерским вожатым в школе и загородном лагере. В 1987 году этот путь привёл Гену в «Океан», где после обучения в первой океанской ШПВ он проработал до 1993 года.

Сегодня наш герой живёт в родном городе Омске. Нам удалось с ним связаться и поговорить об уникальном мотопробеге по маршруту «Океан» (Владивосток) – «Орлёнок» (Туапсе).

 

-  Гена, как родилась идея пробега? Кто тебе помогал её разрабатывать?

- Первоначально у нас с другом Ривалем была задумка осуществить путешествие не на мокиках, а на велосипедах. Она пришла к нам совершенно спонтанно где-то начале весны 1989-го года. В обычном разговоре ни о чём, мы затронули тему путешествий. Решили - купим по велосипеду, а там будет видно…

Дело было в пересменок. Мы отправились в город и купили себе по велосипеду марки «Турист». В конце мая мы совершили пробный велопробег до города Арсеньева. Сделали сразу два хороших дела – себя испытали и заодно проведали ребят из Арсеньева, которые были у меня в отряде на одной из смен.

При этом велопробег по более серьёзному и длительному маршруту так и не случился.

А вот идея проехать через всю страну на мопедах, родилась ещё более спонтанно и молниеносно. В конце февраля 1990-го года мы с Ривалем снова оказались в том же магазине, в котором покупали велосипеды. Там стояли только что поступившие мини-мокики последней модели. В том магазине нам стало понятно, что на них мы и двинем в дальнюю дорогу. Цель обозначилась сама по себе – 30-летие «Орлёнка».

Купили атлас автомобильных дорог и просчитали расстояние -  неполных 12000 км. Провели предварительные расчеты по затратам средств и времени. В сутки проходить 300 км. пути даже при скорости 35-40 км/ч на наш взгляд было вполне реально. В среднем - 50-55 дней на дорогу. От 12 июля (дня рождения «Орлёнка») отняли 55 дней пути - вышло, что 19 мая, День Пионерии, будет лучшей датой для старта.

-  В чём заключалась предварительная подготовка к пробегу?

- О затее мы рассказали начальнику управления ВПЛ «Океан» Валерию Григорьевичу Финтисову. Он «дал добро» на путешествие.

Нам оформили отпуска-командировки и даже выделили к отпускным дополнительное финансирование. За пару дней до старта выдали значки «Океанская волна», вымпелы ВПЛ «Океан» и официальные сопроводительные письма с указанием цели нашего пробега и просьбой оказывать нам посильное содействие.

Для страховки я тоже разослал письма друзьям, сослуживцам, бывшим пионерам своего туристического отряда «Вертикаль». Ещё сделал книжицу с адресами тех, к кому можно обратиться за помощью на протяжении всего маршрута. Признаться, в дороге именно это меня и выручало.

-  Некоторые водители дают своим машинам имена, а ты дал имя своему «коню»?

-  В народе такие мокики называли «дырчиками», но не от слова «дырка». Когда заводишь мотор кик-стартером, получается звук «ДЫ-ДЫР-ДЫР». Я тоже называл его Дырчиком и думаю, что он на меня за это совсем не обижался.

-  Как прошёл день старта?

-  Мы стартовали с Ривалем от «Бригантины» 19 мая 1990 года. Старт был коротким и тихим. Наверное, потому что был назначен на семь утра во время пересменка. Мы отправились в сторону Уссурийска, где нас встретили студенты Уссурийского педагогического института.

 

- На старте вас было двое… Что произошло, что тебе пришлось продолжить путешествие одному, без Риваля? На каком участке пути это случилось?

- Риваль в это время заочно учился в Уссурийском пединституте и после встречи со студентами он должен был сдать какие-то экзамены. Предварительно руководство института давало ему добро на досрочную сдачу, но когда мы заехали в институт, ему отказали, поставив перед сложным выбором... На мой взгляд, он принял верное решение и остался, чтобы избежать проблем с учёбой.

 

- Был ли у тебя дорожный талисман?

- Скорее не талисманом, а своеобразной путеводной звёздочкой можно считать крокодила Гену – пластмассовую игрушку, которую мне вручили в Хабаровске в одном из пионерских лагерей. Этот крокодил Гена всю дорогу красовался на руле моего Дырчика, пока я его не передал орлятам.

Была и ещё одна игрушка - маленькая куколка, которую мне дала семилетняя девочка, сестрёнка моего пионера из Улан-Удэ, когда я останавливался у них на ночлег.

Утром, когда я с ними прощался, Настя положила мне в руку эту маленькую куколку и попросила подарить её самой маленькой девочке в «Орлёнке». Ей оказалась девочка из танцевального коллектива «Солнышко», которой в самый день рождения «Орлёнка» исполнилось 7 лет. На празднике в торжественной обстановке я и вручил ей эту куколку.

Сейчас вспомнил, что всё-таки талисман был. Это символ моего отряда «Вертикаль» – «Квазимодик». За несколько дней до старта я его вырезал и склеил из цветной бумаги таким же, каким делал его перед началом каждой смены, только в уменьшенном виде, чтобы помещался в ладони. Признаюсь, такие «квазимодики» и сейчас всюду со мной - и дома, и в машине, и на даче, и даже в бумажнике.

 

-  Какой у тебя был режим в пути?

- Чётко выработанного режима в пути у меня не было. Время суток для движения роли не играло. Если у кого-нибудь останавливался, то, конечно, ночью отсыпался и утром продолжал путь. Когда остановиться на ночь было не у кого, а дорога была хорошей, ехал до утра.

Пожалуй, самыми нелёгкими были первые дни пробега. С непривычки от долгого нахождения в сидячем положении начинала гудеть спина, ноги затекали, а руки после руля потрясывало. Когда сильно утомлялся, останавливался передохнуть - находил себе укромное местечко для отдыха, соскакивал с мокика и начинал прыгать, бегать, приседать, отжиматься, после чего кутался в ОЗК (общевойсковой защитный костюм) и отсыпался.

Со временем вошёл в ритм и никакого дискомфорта не ощущал.

 

- С какими трудностями тебе в пути пришлось столкнуться, и как ты с ними справлялся?

- Самыми неприятными проблемами были, конечно, поломки двигателя, а точнее - выход из строя его поршневой системы. В дороге мне пришлось четырежды заменять поршень и поршневые кольца. В «Орлёнок» я приехал на пятом поршне.

Впервые поршень с кольцами мне пришлось менять перед Читой на станции «Карымская». Магазина, где их можно было купить, в посёлке не было, до Читы нужно было добираться на электричке, а Дырчика оставить негде... Выручила меня моя адресная книжка. В ней был адрес и номер телефона моего товарища Володи. Оказалось, что здесь, в Карымской, его друг работает директором школы. К моему приходу он нашёл ребят, которые увлекались мопедами и уже подобрали мне поршень.

После того, как двигатель был починен (а к этому времени на улице стемнело), диспетчеры на станции меня хорошо накормили и предоставили диван для сна. На рассвете я продолжил путь, оставив диспетчерам по океанскому вымпелу со значком и добрыми пожеланиями.

Второй раз пришлось менять поршень, не доезжая километров тридцати до Красноярска. Ни населённых пунктов, ни телефонов поблизости не было - пришлось скатить Дырчика с дороги и спрятать его в траве, а самому на попутках доехать до милиции. Там мне помог майор по имени Сергей. Оказалось, у него в гараже целый арсенал запчастей к мопеду сына. Среди прочих запчастей были два новеньких поршня. Сергей выделил мне один из них и категорически отказался брать за него деньги. Более того, на своём «Москвиче» отвёз меня к тому месту, где я припрятал своего Дырчика.

После починки двигателя я снова заехал в это отделение милиции и ещё раз поблагодарил Сергея и всех сотрудников дежурной части, подарив им по традиции наши океанские вымпелы и значки.

Третья поломка, связанная с поршневой системой двигателя, оказалась самой серьёзной и неприятной за всю мою дорогу. Это произошло на пути из моего родного Омска к Петропавловску, который в Казахстане. Время близилось к вечеру. До Петропавловска оставалось километров десять. Впереди виднелась какая-то остановка. Заклинило двигатель, и поломка оказалась очень серьёзной - на этот раз поршень просто порвало. Я заночевал на ближайшей остановке, чтобы на следующий день добраться до Петропавловска.

Утром меня подобрали двое ребят, ехавшие на стройку на окраине города. Вместе с Дырчиком они довезли меня до сторожевой будки этой стройки. Выяснилось, что нужные запчасти здесь найти трудно, но есть комиссионный магазин, в котором продаются мопеды. Увы, запчастей не нашёл. Зато в комиссионном магазине оказался мопед «Рига» с двигателем «S-62M», который отличался от моего лишь толщиной ведущих валов, а на моём двигателе они были не повреждены. Пришлось купить этот мопед и катить его до стройки три или четыре остановки. Так начался захватывающий творческий процесс модификации моего мокика. К вечеру Дырчик ожил и мог ехать дальше.

Сторож накормил меня жареной картошкой с салом. Я же оставил ему три вымпела со значками и добрыми пожеланиями для него и тех ребят, которые меня подвезли. И снова отправился в путь, при этом запчастей для Дырчика в моём рюкзаке заметно прибавилось...

 

-  Какие в пути происходили интересные встречи?

- Каждые сутки пути – новые люди, знакомства, впечатления и эмоции. Были встречи и с друзьями-товарищами, и с совершенно незнакомыми, самыми простыми, но по-своему неповторимыми и замечательными людьми. Только благодаря их поддержке и помощи удалось успешно завершить этот пробег. Каждому, с кем мне пришлось встретиться, я вручал вымпел ВПЛ «Океан» и значок «Океанская волна».

Были порой очень забавные, можно сказать, даже экстремальные встречи.

На отрезке пути от Шимановска (Амурская область) до Чернышевска (Забайкальский край), мне дважды пришлось ехать не своим ходом, а на товарняках, так как на этих участках проходимой летней дороги ещё не было (на машине можно было там проехать только зимой, а летом все пользовались железнодорожными платформами). Первый отрезок - от Шимановска до Магдагачи и второй - от Могочи до Чернышевска, пришлось преодолевать в пустых товарных вагонах.

Не знаю, сколько я проехал от Могочи, но уже успел выспаться и полюбоваться сквозь открытые задвижные двери вагона красотами проплывающими мимо меня. Тут паровоз вдруг остановился... Переживать вроде было не о чем - постоит и дальше поедет. Но через некоторое время, слева и справа от дверей вагона стали слышны какие-то движения. Любопытство, конечно, заставило меня выглянуть... То, что я увидел, было что-то из области кинобоевика.

С одной стороны к моему «укрытию» цепью подкрадывались солдаты-пограничники, с другой - милиционеры, так же вооружённые автоматами. И тут я услышал: «Руки вверх, стрелять будем!»

Оказалось, что в этих местах с одной из пограничных застав сбежал военнослужащий, прихватив с собой автомат. Я тоже был одет в камуфляжный костюм и, видимо, меня в открытых дверях вагона заметила бдительная охрана.

После моих разъяснений, предъявления документов и сопроводительного письма все подозрения были развеяны. Командир пограничников мне даже выделил несколько банок тушёнки в дорогу.

 

-  Итак, ты добрался до Туапсе. Как тебя встретили в «Орлёнке»?

-  К стеле у главного КПП «Орлёнка», я подъехал под вечер 9-го июля. Одновременно с радостью меня охватило чувство некоторой грусти от осознания того, что завтра мне уже ехать никуда не придётся.

На двух сотрудников милиции все мои объяснения, сопроводительные бумаги и документы особого эффекта не произвели. Один даже возмутился по поводу моего океанского удостоверения - оно оказалось просроченным. После долгих уточнений по телефону, они извинились и объяснили, как доехать до Дома вожатых.

 Перед Домом вожатых на скамейках отдыхали несколько человек. Когда я с разлохмаченной гривой, усами, торчащими в разные стороны, как у Будённого, в промасленном и пыльном камуфляже подкатил к крылечку, было похоже, что у всех, кто там был, пропал дар речи, наверное, они пытались понять, что это за «чудо-юдо» и откуда оно сюда скатилось.

После этого меня оформили как официального гостя и предоставили гостевой номер в Доме вожатых. Я привёл себя в порядок и вышел на улицу, чтоб полной грудью вдохнуть вечернего черноморского воздуха. К этому времени уже стемнело, поэтому даже если на скамейке кто-то и был из тех, кто стал очевидцем моего прибытия, вряд ли они могли меня узнать...

Дырчик, поставленный на первую ночь рядом основным входом, находился на виду у всех жителей дома. Перед тем, как подняться в номер, я подошёл к мокику, чтобы пожелать ему спокойной ночи, и в это время один вожатый, с интересом разглядывавший Дырчика, мне стал рассказывать: «Представляешь, мужик на этой технике из Владивостока сегодня вечером сюда приехал!»

В «Орлёнке» я навсегда попрощался с мокиком, передав его в музей лагеря на одной из праздничных линеек.

- Восхождение на Эльбрус… Ты планировал его заранее или это решение было принято уже в «Орлёнке»? Как это произошло?

- Мне просто очень повезло попасть в группу орлят, совершивших восхождение на Эльбрус. Дело было так:

На следующий день после приезда меня пригласил начальник управления ВПЛ «Орлёнок» Владимир Александрович Солдатов, чтобы обсудить моё участие в общей трёхдневной программе юбилея. Когда я пришёл в управление, секретарь попросила меня немного подождать, объяснив, что сейчас обсуждают восхождение на Эльбрус. Пока ждал, я узнал некоторые подробности о готовящемся восхождении и о том, что один из вожатых заболел. В этот момент я понял, что не могу упустить шанс и попросился на Эльбрус. Владимир Александрович возражать не стал, но окончательное решение было за руководителем группы. Прошло два дня, и я уже стал терять надежду.

И вот на торжественном вечере на сцену поднимается Солдатов, вручает мне грамоту ВПЛ «Орлёнок» и объявляет о том, что я принят в число участников группы восхождения на Эльбрус. 13 июля, в завершающий день юбилейной программы, я успел пройти медосмотр. На следующий день в шесть утра на орлятском автобусе мы выехали на покорение горы...

Признаюсь – это было по-настоящему трудно. После полутора месяцев, проведенных в седле мини-мокика, ногам с трудом давались метры подъёма на вершину. Высота Эльбруса – 5621 метров над уровнем моря. Безмерное и великое спасибо орлятам! Только благодаря их помощи и поддержке мне всё же удалось поднять на вершину небольшой вымпел тогда ещё очень молодого Всесоюзного пионерского лагеря «Океан».

-  Гена, мы знаем, ты пишешь стихи. Во время этого путешествия у тебя родились новые строки?

-  Да, иногда случалось. Уже в самом «Орлёнке», готовясь к своему выступлению на торжественном вечере, посвящённому юбилею, я написал эти строки:

 

Это просто – взгляни на карту,

От Востока да на Кавказ...

Волю взять и отдать азарту

В жизни нужно хотя бы раз...

Ну а если и скажет кто-то

Пальцем тыкая свой висок:

Видно с парнем не ладно что-то.

Не бери этих бредней впрок!!!

Брось сомненья - сойди с порога!

Жизнь сера без шальных затей,

Приключений, что даст дорога,

Сотен новых и добрых друзей...

 

Вот такая история Гены Белуга – вожатого, путешественника, поэта и большого романтика, вписавшего столь удивительную страницу в историю «Океана». Кто знает, может когда-нибудь кто-то из нового поколения вожатского отряда «Исток» повторит этот маршрут или проложит новый. Как говорится «мечтать – не вредно, вредно – не мечтать!»

Подписаться на новости: